В Париже уже 200 лет живет «Семья» — религиозная община, члены которой заключают браки только между собой. В ней состоят несколько тысяч человек. Но о ее существовании почти никто не знал - Инфолаз
В Париже уже 200 лет живет «Семья» — религиозная община, члены которой заключают браки только между собой. В ней состоят несколько тысяч человек. Но о ее существовании почти никто не знал

В Париже уже 200 лет живет «Семья» — религиозная община, члены которой заключают браки только между собой. В ней состоят несколько тысяч человек. Но о ее существовании почти никто не знал

В Париже уже 200 лет живет «Семья» — религиозная община, члены которой заключают браки только между собой. В ней состоят несколько тысяч человек. Но о ее существовании почти никто не знал

В Париже уже около 200 лет существует религиозная община под названием «Семья». Ее члены верят в конец света, заключают браки только между собой и стараются свести контакты с внешним миром к минимуму. Из-за образа жизни «Семьи» о ней почти ничего не было известно, но в последние годы во Франции вышли книги, статьи и документальный фильм об этом закрытом сообществе. Мы коротко их пересказали.

«Семью» основали люди из французской секты конвульсионеров

«Семья» уходит корнями в янсенизм — течение внутри католической церкви, зародившееся в XVII веке благодаря голландскому теологу Янсению. Янсенисты верили, что природа человека испорчена первородным грехом, и спастись можно только божественной благодатью, которую суждено получить лишь некоторым. К последователям янсенизма относился французский математик, механик и философ Блез Паскаль. Янсенизм в некоторых догмах был близок к протестантизму. Католическая церковь объявила его ересью.

В первой половине XVIII века во Франции появились конвульсионеры. Так прозвали почитателей янсениста Франциска Парижского, похороненного на одном из кладбищ столицы Франции. После его смерти распространился слух, что на его могиле происходят чудесные исцеления, и люди приходили туда молиться. У некоторых молящихся при этом начинались судороги. Со временем счет таким людям пошел на сотни. Позднее предполагалось, что за приступами конвульсионеров стояло бессознательное подражание.

Во второй половине XVIII века группа янсенистов-конвульсионеров объединилась вокруг братьев-священников Клода и Франсуа Бонжур. Одним из их последователей стал человек по имени Жан-Пьер Тибу. В 1819 году он и его друг Франсуа Аве договорились, что их дети заключат браки друг с другом. Это и стало началом «Семьи». Сначала эта община была открыта для людей извне, но в 1892 году Огюстен Тибу, который тогда был ее старейшиной, запретил членам «Семьи» выходить замуж и жениться на ком-то, кроме друг друга.

Община верит в конец света и старается отгородиться от внешнего мира

«Семья» — это не самоназвание общины. «Люди слышали, что мы приветствуем друг друга словами „Здравствуй, кузен“, „Добрый вечер, тетушка“, и стали называть нас семьей», — рассказывал член общины по имени Даниэль.

Сейчас в «Семье» около трех-четырех тысяч человек. Они живут в основном в трех округах на востоке Парижа, стараясь селиться поближе к улице Монтрёй. Именно там в 1792 году родился сын Франсуа Тибо по имени Эли. «Семья» считает его своим пророком и верит, что когда-нибудь он вернется, чтобы забрать свое «стадо» в рай. С его приходом наступит конец света, и лишь «Семья» спасется, уверены члены общины. С внешним миром они стараются не общаться и относятся к нему с недоверием.

На самом деле «Семья» состоит из потомков восьми семей — Тибу, Аве, Сандоз, Фер, Пюлен, Мэтр, Дэшлетт и Санглье. Они заключают браки между собой и достаточно рано — в возрасте около 20 лет. Это не всегда оформляется официально, так как в некоторых случаях женихи и невесты связаны дальним родством. Контрацепция в браке запрещена, разводы не приветствуются. Семьи многодетные; например, у члена общины по имени Даниэль, который упоминается во французской прессе, 18 детей.

Воспитанием детей занимаются женщины, которые чаще всего не работают. Мужчины предпочитают профессии, связанные с техникой или ручным трудом: архитектор, инженер, электрик, столяр. Профессии юриста и врача для них под запретом: члены «Семьи» ставят божественный закон превыше человеческого и считают бога господином человеческого тела. Они не посещают церковь и проводят религиозные обряды самостоятельно — как внутри каждой семьи по отдельности, так и внутри «Семьи» в целом.

Дети от общины учатся в обычных школах, но любые активности вне уроков для них фактически под запретом: они редко появляются в школьной столовой, не посещают дополнительные занятия и не ездят на экскурсии. Дружба с одноклассниками вне «Семьи» (так как дети из общины живут рядом, они часто учатся в одних школах и классах) не поощряется. Например, если родители разрешили ребенку ходить в библиотеку вместе с одноклассником-«чужаком», это уже считается большой поблажкой.

У членов «Семьи» есть компьютеры, интернет, мобильные телефоны и соцсети. При этом они, особенно женщины и дети, могут годами не общаться с людьми из внешнего мира. У общины собственные праздники (в первую субботу января отмечается день создания «Семьи»), собственные молитвы (одну из них, написанную еще в 1742 году, переписывают и носят при себе) и даже собственные слова (бога они называют «добрым отцом», а дьявола — «ротото»). Члены «Семьи» не голосуют на выборах, не интересуются спортом и происходящим в стране.

«Семья» изгоняет тех, кто заключает браки с «чужаками»

Французские власти, которые отслеживают религиозные секты, давно знают про «Семью». Однако они не могут повлиять на жизнь этого сообщества, поскольку оно не попадает под их понятие секты — в частности, не имеет лидера и не ведет проповедническую деятельность. А браки между дальними родственниками во Франции не запрещены.

Но покинувшие «Семью» люди (именно с ними в основном говорили журналисты, которые исследовали устройство общины), не считают ее безобидной. Они подчеркивают, что родившиеся в «Семье» дети не выбирали свой образ жизни и что у них могут возникнуть проблемы с адаптацией, если они решат уйти из «Семьи».

Бывшие члены «Семьи» признают, что замкнутое сообщество имеет и свои преимущества. Его участники помогают друг другу воспитывать детей, переезжать, присматривать за пожилыми родственниками. Они поддерживают друг друга финансово и вместе проводят свободное время.

Еще они много времени уделяют детям. «Когда ты ребенок, ты возвращаешься из школы и идешь в Венсенский лес, [где члены „Семьи“ часто проводят свободное время], где тебя ждут 30 двоюродных братьев и сестер. У нас было замечательное детство, мы играли и смеялись, вокруг всегда было много дядюшек и тетушек, все общались, это было невероятно», — рассказал член общины по имени Маттье.

Но недостатки закрытого сообщества «Семье» тоже присущи. Став жертвами насилия со стороны родственника, ее члены не склонны обращаться в полицию. Кроме того, у них встречаются заболевания, связанные с кровным родством их родителей.

Помимо этого, члены «Семьи» обязаны соблюдать правила общины, иначе они будут изгнаны. Чаще всего это происходит, если человек решил заключить брак с кем-то вне «Семьи». Изгнанник больше не может пользоваться помощью участников общины и не может даже с ними общаться — в том числе со своими ближайшими родственниками. Он оказывается один на один с миром, в котором не учился жить.

«Если вы уйдете, вы будете отрезаны от всего. Группа объединится против вас. И когда вы переходите от такого коллективного опыта к одинокой жизни, вы попадаете в мир, кодов которого не знаете. Это один из моментов, которые я считаю самыми негативными в „Семье“, — неспособность принять то, что человек может ее покинуть», — отметил журналист Николя Жаккар, автор большой статьи про «Семью».

Бывшая участница «Семьи» по имени Валентин, которой пришлось покинуть общину из-за отношений с «чужаком», рассказала, что расставание с родителями было самым тяжелым событием в ее жизни: «Они были в слезах, они боялись, они не знали, что со мной будет, они были в панике, увидев, что их ребенок выбрал путь, который они не считали правильным. В тот день мне пришлось с ними попрощаться».

Внимание прессы, с которым «Семья» столкнулась в последние годы, вряд ли разрушит общину или радикально изменит ее, считает Жаккар. Он отмечает, что она просуществовала уже два столетия, пережив неоднократные смены власти и две мировые войны, и не только не распалась, но и стала более многочисленной.

«Мы будем делать все, чтобы сохранить „Семью“. Нельзя разрушать нечто столь ценное», — заявил участник общины по имени Патрик. «Мне нравятся эти правила, и я хочу передать их своим детям», — поддержал его Маттье, другой член «Семьи».

«Медуза» работает для вас Нам нужна ваша поддержка

Ольга Корелина

error: Content is protected !!