«Черным по белому» — плакат, который для «Медузы» придумали «Демоны печати». Вы думаете, он простой? Вы удивитесь, насколько он сложный! - Инфолаз
«Черным по белому» — плакат, который для «Медузы» придумали «Демоны печати». Вы думаете, он простой? Вы удивитесь, насколько он сложный!

«Черным по белому» — плакат, который для «Медузы» придумали «Демоны печати». Вы думаете, он простой? Вы удивитесь, насколько он сложный!

«Черным по белому» — плакат, который для «Медузы» придумали «Демоны печати». Вы думаете, он простой? Вы удивитесь, насколько он сложный!

В нашем «Магазе» можно купить плакат «Черным по белому», напечатанный черным шрифтом на белом фоне. Вроде бы ничего необычного, да? На самом деле в этом плакате необычно все: от способа печати (с помощью старого ручного пресса и наборного деревянного шрифта) до смысла надписи (он парадоксальным образом связан с советом по выбору жены). Этот плакат придумал для нас владелец московской мастерской «Демоны Печати» Сергей Бесов. Он здорово рассказывает истории, поэтому мы попросили его рассказать о себе, своем деле и о плакате в поддержку «Медузы».

Про неоконченную кандидатскую диссертацию

Я учился в аспирантуре по социологии. У меня была классная тема кандидатской диссертации — «Влияние домашнего компьютера на социализацию молодежи». В конце 90-х домашние компьютеры в России только появлялись, а про интернет толком никто не слышал. Я написал две трети диссертации, но защищать ее не стал: дизайн казался интереснее. Я сменил несколько мест работы и в конце концов оказался в команде, открывшей в Москве такие бары и рестораны как Pancho Villa, The Real McCoy, Delicatessen. Мы делали пригласительные для вечеринок, афиши, визитки — много всего. Это был мой дизайнерский университет.

Про первый пресс — 800-килограммовый (!)

Однажды мы с женой гуляли по центру Москвы и случайно зашли в частный музей станковой графики. На меня сильное впечатление произвели старые прессы. Было обидно, что их не используют. Я подумал, что они могут пригодиться для одного из наших ресторанов — чтобы печатать надписи на пакетах для доставки еды. К тому времени, как у меня появилась эта идея, музей успел закрыться и устроить распродажу оборудования. 

Я предложил друзьям купить пресс, поставить его во дворе ресторана и печатать на нем пакеты. Они сказали, что я сошел с ума. Тогда я одолжил у них денег — полторы-две тысячи долларов — и купил пресс сам. Шел 2008 год. Это был 800-килограммовый позолотный пресс, раньше его использовали, чтобы делать тиснение на книгах. Я понятия не имел, куда его поставить. Первое время он стоял в школе, где мой друг работал учителем труда.

Про «Демонов печати» и чувства верующих

Мы запустили этот проект в 2011 году вместе с партнером Евгением Перфильевым. Искали название. Однажды увидели выражение «printerʼs devil». Оно переводится как «ученик печатника». Еще Женя очень хорошо печатал, и наши знакомые называли его демоном, потому что не понимали, как он это делает. Эти детали сложились с моей фамилией — Бесов — и были придуманы «Демоны печати». Это смешное и вызывающее название, пару раз нам даже отказывались платить из-за него. Заказчик говорил: «„Демонам печати“ деньги переводить не будем». Мы отвечали: «Ладно, вот вам другой счет».

Мы занимаемся высокой печатью, то есть печатью с выпуклой поверхностью. Выглядит это так: на клише в виде букв наносится краска, потом их прижимают к бумаге с помощью пресса — получается текст. По сути это то, что делал европейский первопечатник Иоганн Гутенберг. Только он использовал металлический шрифт, а у нас деревянный — мы печатаем им плакаты стрит-арт-проекта Partisan Press, который был запущен внутри «Демонов печати» в 2017 году; часть плакатов клеим на улице, часть продаем в интернет-магазине. А еще делаем открытки, буклеты, ежедневники и книги — уже выпустили одну книгу про Гутенберга и готовим к печати другую, тоже про него.

Про Partisan Press, стрит-арт и полицию

Идея в том, чтобы печатать плакаты с какими-то словами из нашей жизни, не используя цитаты и поговорки, и расклеивать их на улице. Я и сейчас этим занимаюсь. В Москве наши плакаты висят обычно пару дней — потом их срывают. Но плакат «100 процентов не сегодня» провисел на Старой Басманной месяца три. Не знаю, чем они приглянулся дворникам. Перед ними мне немного стыдно, но они обычно спокойно реагируют на меня. Хуже было, когда меня однажды заметили полицейские. Я был вместе с 14-летней дочкой. Меня тогда помурыжили в полицейской машине и отпустили, но дочь после этого я с собой не беру.

Плакаты мы печатаем шрифтом, который я называю «узкий, красивый». Многие его воспринимают как советский. Он действительно часто использовался в СССР, но появился еще в конце XIX века. А дореволюционные российские словолитни — так назывались мастерские, где выпускались шрифты, — сделали его кириллическую версию. Судя по всему, у него нет четкого названия.

Деревянные литеры, которые мы используем для печати плакатов, достались мне из одной московской школы. Пресс — из закрывшейся московской типографии «Вымпел», которая печатала большую часть театральных афиш Москвы. Я нашел эту типографию за полгода до закрытия и успел купить у них настоящий партизанский пресс: во время Великой Отечественной войны прессы такого типа сбрасывали с самолетов подпольщикам для печати листовок. Краска — венгерская 1989 года выпуска, которую я купил вместе со своим первым прессом. Было восемь банок, осталось четыре — печать плакатов не требует много краски. Не знаю, что буду делать, когда она закончится. 

Про плакаты и как с их помощью можно помочь

Тексты для плакатов мы не придумываем специально — они как-то сами появляются. Что-то нахожу я, что-то мои — коллеги, что-то — студенты и подписчики. У плакатов бывает разное настроение. Один из моих любимых — «Вдох выдох вдох выдох». Он нейтральный, но вокруг него много историй, и грустных, и смешных. В первый раз я его печатал после . Настроение было ужасное. Этот плакат появился в тот момент, когда надо было успокоиться и дышать. Еще дыхание — это про йогу, которой я занимаюсь. Потом выяснилось, что иностранцы читают этот плакат как «Вход выход вход выход».

Плакат «Загляне сонца і ў наша аконца» мы сделали вместе с минской мастерской высокой печати Papera Press после начала протестов в Беларуси. Половина денег от продажи уходила , другая — хорошим белорусским инициативам. Еще у нас есть плакат плакат «Свабода», тоже один из моих любимых. Это тоже было напечатано очень быстро, когда все началось в Беларуси. А потом мы напечатали «Свобода» по-русски. Мы не продавали этот плакат, а высылали его людям, поддержавшим какое-то классное начинание. Заказов было очень много, выяснилось, что «Свобода» не просто дается.

У нас есть плакат, который придумала моя коллега Яна Лосева «Будущее началось уже сейчас». Мы решили отдавать деньги от его продажи кому-то, кому они нужны. Доходы от первого тиража мы отдали одной из героинь , у которой диагностирован рассеянный склероз. Теперь мы с помощью нового тиража хотим помочь печатнику из Нидерландов, который упал и сломал позвоночник. Еще один плакат, который печатает Яна, — «Сегодня твое завтра». Я отдаю доход от него ей самой, потому что она учится на вечернем платном отделении на художника, а это довольно дорогое удовольствие. Я не могу ей платить слишком большие деньги, а это как стипендия. 

Самый продаваемый наш плакат — «Сейчас самое время». Он тоже один из моих любимых. Еще я люблю «Идеально нельзя вовремя» и «Резвость норма жизни» (мы даже назвали так телеграм-чат наших курьеров, потому что они самые быстрые).

Про «Медузу» и новости как сериал

В первую волну пандемии, во время карантина, наша мастерская «Демоны печати» была близка к закрытию: количество заказов уменьшилось кардинально. Но в мае 2020 года интернет-магазин Partisan Press заработал как перед Новым годом. Я до сих пор точно не знаю, с чем был связан рост заказов, и воспринимаю это как подарок. Поэтому я понимаю, насколько важна помощь другим проектам. 

«Медуза» — один из трех новостных сайтов в моих закладках (остальные два — РБК и N+1). Я читаю «Медузу», когда нужно проверить, не совсем ли все сошли с ума. А вообще для меня новости — это возможность отвлечься от потока классной и невероятно интересной работы. Они как сериал. Если смотришь одну серию — чушь полная. Но если следишь с самого начала или долго — проявляются интересные и важные контексты.

Про «Черным по белому» и единомышленников

Все знают — особенно художники и дизайнеры, — что черного и белого не бывает. Но иногда выхода нет — надо принимать решение, делать выбор и называть вещи своими именами. «Медуза» предложила нам сделать что-то для поддержки проекта, но напечатать не красным, а черным. До этого мы использовали черный всего в двух плакатах — «Красота без пестроты» и «Простота без пестроты», которые я придумал, посмотрев фильм Андрея Тарковского «Андрей Рублев». Но возникла идея напечатать «Черным по белому». И все.

У этой идеи есть корни. Пару лет назад к нам в мастерскую зашел старичок. Слова за словом, оказалось, что его зовут Виктор Михайлович Иоэльс, он работал печатником с 1946 года и учился у Осипа Шора — человека, которого считают прототипом Остапа Бендера и который после Великой Отечественной войны изготавливал иконы с помощью . Я спросил Виктора Михайловича, как он жил в сталинские времена. Он ответил, что его бабушка Генриетта Мартовна Бабад говорила ему, что жену надо выбирать по анатомическим и экономико-политическим признакам. А еще есть третий, очень важный признак: чтобы вы оба черное называли черным, а белое — белым.

Пусть всегда вокруг будут единомышленники. Именно так можно выжить.

Покупайте плакат «Черным по белому» и поддерживайте «Медузу». Вместе мы поймем, что черное, а что белое.

Мы не сдаемся Потому что вы с нами

Записала Ольга Корелина

error: Content is protected !!