Я пойму, если ты захочешь запихать меня в спальник и тереть банановой шкуркой, пока я не соглашусь, что меня зовут Пляшущая пони. В смысле… ну, бывает. Отрывок из книги художницы Элли Брош о странной дружбе ее сестры - Инфолаз
Я пойму, если ты захочешь запихать меня в спальник и тереть банановой шкуркой, пока я не соглашусь, что меня зовут Пляшущая пони. В смысле… ну, бывает. Отрывок из книги художницы Элли Брош о странной дружбе ее сестры

Я пойму, если ты захочешь запихать меня в спальник и тереть банановой шкуркой, пока я не соглашусь, что меня зовут Пляшущая пони. В смысле… ну, бывает. Отрывок из книги художницы Элли Брош о странной дружбе ее сестры

В конце августа 2021 года в издательстве «Лайвбук» выходит вторая книга художницы Элли Брош «Ответы и другие вопросы» (перевод Евгении Макаровой). Брош — знаменитый автор иллюстраций к популярному в России мему «Кто мы? Чего мы хотим?» Главу из первой ее книги, принесшей Брош настоящую славу, «Гипербола с половиной» мы публиковали в октябре 2020 года.

В книге «Ответы и другие вопросы», как и в «Гиперболе с половиной», собраны истории из жизни Брош: какие-то — просто нелепые и веселые, какие-то, хоть и нарисованы в том же несерьезном стиле, но рассказывают о по-настоящему трагических событиях. С разрешения издательства «Медуза» публикует главу «Сестра».

Было бы логично, если бы мы с сестрой стали друзьями.

Мы обе были детьми. Мы обе застряли как минимум в 30 километрах от любых альтернативных вариантов. У нас, возможно, даже было много общего. 

Мне кажется, в какой-то момент мы решили, что мы соперники. Может быть, наступил голод или что-то в этом роде. Кто знает. Но все так и осталось. 

Помню, я очень завидовала, что у нее есть друзья. Им было так весело вместе. Они придумали игру «Шарик Бла-бла», в которой надо было петь безумную песенку и кидать шарики в вентилятор на потолке. Да, шарики. Она тоже их любила. И только сейчас, когда я описываю это 20 лет спустя, я понимаю, что наши интересы идеально, блин, совпадали.

Она никогда не была такой веселой со мной. Единственная игра, в которую ей нравилось со мной играть, был краб-баскетбол. 

Я ненавидела краб-баскетбол. Потому что я не хотела играть в краб-баскетбол, я хотела играть в нормальный баскетбол. Но я была больше и сильнее, поэтому единственным выходом для моей сестры было обхватить мяч как краб и отказываться участвовать в игре. 

И даже в этом мы были похожи больше, чем осознавали. Краб-баскетбол, например, очень, очень похож на мою жизненную стратегию. 

Тогда я этого не понимала.

Единственным человеком, который понимал мою сестру, была ее подруга Бекки.

У них были странные отношения. Им обеим было двенадцать, поэтому, возможно, они просто не знали, как друг с другом общаться. Или, может, это была какая-то суперпродвинутая форма взаимодействия, и чтобы понять ее, ты должен достичь 1000-го уровня. Я знаю только то, что однажды я вернулась из школы, а Бекки была привязана скотчем к стоявшему на нашей подъездной дорожке компьютерному стулу. 

Ее голова была завернула в покрывало, а руки и ноги поцарапаны ручкой. Сильно. Судя по глубине отметин, была борьба. 

Я решила не вмешиваться, пока не получу больше информации. Но когда я попыталась войти в дом, все двери оказались заперты. 

Как выяснилось позже, это была мера предосторожности, чтобы не дать Бекки подняться по лестнице и попытаться попасть внутрь, но тогда я не могла этого знать.

Я постучала, и моя младшая сестра вылетела из кухни, сжимая салатницу с чем-то похожим на воду с желтками. 

Она заорала: «НЕ НУЖНО ЕЙ ПОМОГАТЬ, ЕЙ ЭТО НРАВИТСЯ», — и протиснулась мимо меня. Яичная вода пролилась немного на пол.

Снаружи послышался звук. Вероятно, крик Бекки.

Что бы моя сестра ни собиралась сделать, казалось, что Бекки не хочет, чтобы это происходило. Она услышала приближение моей сестры и попыталась откатиться подальше. 

Потом ситуация стала очень напряженной.

Моя младшая сестра…

… моя младшая сестра, которая еще недавно была совсем малышкой…

… моя младшая сестра, которая любит всем помогать…

… моя младшая сестра, которая не хочет ходить по газону, потому что ему будет больно…

… схватила руки своей подруги Бекки и насильно погрузила их в миску с яичной водой.

И пока она это делала, она кричала ей в упор:

ПОТРОГАЙ ИХ!!!

ПОТРОГАЙ ИХ, БЕККИ!!!

ТЕБЕ НРАВИТСЯ?!! 

Вот в такие игры меня не брали.

Я бы не поняла.

Мне и не нужно было понимать.

Лучше было просто предположить, что у них есть на это свои причины и оставить их наедине с их террористическими забавами. 

Никто из них никогда не обсуждал эти инциденты после того, как они происходили. Когда я позже зашла к ним, они сидели и вместе делали проект по географии, будто ничего не случилось. 

Их отношения на 30% состояли из проектов по географии и на 70% из страннейшей фигни, которую я когда-либо видела.

Например, через неделю или две после истории с яичной водой я вернулась домой из школы и заметила, что двери кладовки перевязаны телефонным шнуром. Внутри сидела моя сестра и звала на помощь. 

Я подошла к кладовке, и тут нарисовалась Бекки.

Когда я увидела ее, я подумала: «А, хорошо, Бекки сейчас поможет моей сестре…».

Однако приглядевшись, я поняла, что поведение Бекки мало напоминало помощь.

Она держала в руке огуречный спрей для тела, что само по себе было ок, но потом она довольно агрессивно засунула носик бутылки под дверь кладовки. 

Моя сестра орала изнутри кладовки: «Я СДАЮСЬ, Я СДАЮСЬ, Я СДАЮСЬ».

Бекки ледяным тоном сказала нет и продолжила распылять спрей. 

Нет? Типа «Нет, тебе не разрешено сдаваться»?

Какой в этом тогда смысл? Чего ты вообще пытаешься добиться, проделывая все это с моей сестрой? Ты ее готовишь к чему-то?

я спросила сестру, как Бекки заманила ее в кладовку.

Я только спросила: «Какую записку? Зайди, пожалуйста, в кладовку? Зайди в кладовку или тебе не поздоровится?».

Нет. Бекки написала: «Знаешь что?».

Возможно, это была борьба за власть. Чтобы разобраться, кто тут главный, или что-то типа того.

Если именно это и происходило, то это, блин, пипец.

Правда, был короткий период времени, когда мне казалось, что моя сестра вырвалась вперед.

Я проснулась в школу и увидела Бекки. Ее руки и ноги были прочно привязаны шнурками к спинкам кровати. 

Она еще не проснулась, но скоро проснется: моя сестра парила над ней, как горгулья, держа в руках мокрый кусок веревки и колокольчик. Она поднесла колокольчик к лицу Бекки и звонила.

Дзынь-дзынь, Бекки

Бекки открыла глаза.

Она не сразу поняла, что происходит. Полагаю, это было не просто.

В этот момент у Бекки сработал инстинкт самосохранения, и она попыталась уклониться. Тут-то она и поняла, что привязана к кровати. 

Перед лицом у нее появилась веревка. Я до сих пор не знаю, для чего она была нужна, но Бекки, видимо, знала. И когда она ее увидела, ее глаза наполнились ужасом.

Тем временем моя сестра еще не нанесла удар. Что бы она ни планировала сделать с Бекки на этот раз, она знала, что отсроченный эффект будет сильнее.

Я так и не узнала, в чем был смысл этой веревки, но моя сестра провела все утро, приближая ее к лицу Бекки со скоростью пять сантиметров в минуту.

К тому моменту, как веревка коснулась ее лица, Бекки уже была рада, что весь этот саспенс закончился. 

Это были совершенно безумные отношения, но я должна признать, что где-то глубоко в душе я хотела бы в них участвовать. Просто чтобы, знаете… быть их частью.

Между ними было нечто совершенно особенное. Я не знаю, что, но оно было. 

Это и поныне является для меня источником вдохновения.

Если дружба может пережить вот это все, то это крутая дружба. Представьте, что у вас в жизни есть такая дружба.

Типа: «Эй, чувак… похоже, у тебя сегодня какой-то странный день, поэтому я пойму, если ты захочешь запихать меня в спальник и тереть меня банановой шкуркой, пока я не соглашусь, что меня зовут Пляшущая пони. Конечно, я понимаю, да. В смысле… ну, бывает. Если честно, то я как-нибудь тоже захочу с тобой это проделать. Ничего особенного. Ты мой лучший друг». 

Вы, наверное, думаете: «Но почему? Почему человек, который вытворяет такое, остается чьим-то другом?».

Потому что это и есть близость, мои дорогие.

Кто-то, кто до конца понимает, какой ты странный, и ты до конца понимаешь, какой он странный, и вы друг у друга в заложниках. 

Слушайте музыку, помогайте «Медузе»

error: Content is protected !!